И я бы тоже встала в общий нестройный ряд подводящих традиционные итоги года, да мне лень, если честно. Лучше я, не менее традиционно, раздам долги и наконец-то опубликую давно «созревший» материал. А заодно – так и быть – немножечко подытожу, ну совсем чуть-чуть.
Начну с не-позитивного.
Как бы ни было плохо с модой в нашей стране вообще, с мужской модой – всё ещё хуже. Если, создавая женскую одежду, дизайнеры могут спрятаться за попытки креатива и хотя бы сымитировать дизайн, то здесь – в мужской моде – обмануть значительно сложнее. Точнее, невозможно обмануть.
В мужских коллекциях моментально проступают все слабые (если такие имеются, конечно) стороны дизайнера и его команды: допустим, неуверенный крой; допустим, отсутствие перфекционизма в поиске технологических решений; допустим, неумение создавать чёткие и лаконичные вещи. Помимо этого, дизайнеров пугает консерватизм основной массы мужчин, ограничивающий количество идей. Хотя и с идеями у наших дизайнеров тоже далеко не всё в порядке…
Но существуют и приятные исключения – возможно, не дотягивающие до заветного идеала, но, безусловно, к нему стремящиеся. Одним из таких положительных впечатлений можно назвать коллекцию Дмитрия Логинова, дизайнера бренда ARSENICUM, показанную на прошлых выходных в довольно необычном, хотя и вполне fashion месте – на Андреевском мосту.
Занять собственную нишу проще, если быть первым. Нина Неретина и Донис Пупис стали одними из первых в то время, когда отечественная мода подавала приятные надежды. Когда Ольга Солдатова пришивала к вещам армейские звёзды, а не ругалась в блогах, когда Маша Цигаль была прилежной ученицей Сен Мартинс, когда Алёна Ахмадуллина делала по-питерски тонкие и красивые структурные вещи, когда отечественный глянец наперебой расхваливал ныне пропавших без вести Вову Горшкова и Инну Колпашникову.
А после – мы знаем, что произошло с отечественной модой. Большинство надежд не оправдалось, и ниша, занятая Ниной и Донисом, стала неким убежищем для них же: сегодня они стоят чуть в стороне от междусобойчика, называемого «российской фэшн-индустрией». Что, может, и к лучшему – поскольку стремление «светить» своим лицом и именем далеко не всегда совпадает со стремлением делать качественный фэшн-продукт, примеров имён приводить не буду.
Несколько часов назад я вернулась с показа Александра Терехова – что можно считать моим личным событием, поскольку «вживую» дефиле Терехова я увидела впервые. Далее – как обычно, несколько крайне субъективных рассуждений по поводу.
Позиционирование дизайнера Терехова и презентация его в СМИ создаёт двойственное впечатление. С одной стороны, некоторая обособленность, непринадлежность к общей (или отдельно взятой) фэшн-тусовке: номинально – под эгидой Volvo Fashion Week, на самом же деле – ещё дальше от этой самой VFW, чем был когда-то Чапурин. И дело даже не в пространственно-временном отдалении, дело – в некотором снисхождении к столичной публике: «мы эту коллекцию давно обнародовали – можете на сайте посмотреть; но если вы так хотите показ, будет вам показ».
И ещё в тему советского нью-вейва — удивительная вот история. Месяц назад в сообществе i_am_rare появился довольно странный пост с приложенным к нему странным треком.
Кому лень ходить по ссылке: это вроде бы запись некой неизвестной, предположительно мурманской группы, предположительно 1987 года. Найдена была на антресолях некого почтенного меломана. На бобине было написано «Граница затмения – 1987», откуда она взялась человек не помнит. Такой вот детектив.
Не далее как вчера в Black Berry Café состоялся Завтрак с дизайнерами, организованный журналом Fashion Collection. Идея мероприятия заключалась в том, чтобы «в уютной атмосфере дружеского общения» подвести итоги минувших Недель и – просто приятно провести время.
Пока ведущий вечера Влад Лисовец хвастался комбинезоном от Дмитрия Логинова и призывал всех присутствующих носить «наше», я (придя, между прочим, в любимых брюках Cyrille Gassiline) размышляла над темами очередных заметок про это самое «наше». А вернувшись домой, провела в своём блоге небольшой опрос с целью найти потребителей отечественной моды. И вот кого я нашла.
Сегодня у меня наконец-то появилась возможность проиллюстрировать мой недавний пост о новой коллекции Кирилла Гасилина, что я с удовольствием и делаю. Работа носит название Mosaique, и, по-моему, она очень красивая.
Жаль, но показ Светланы Тегин я пропустила. К счастью, оперативно появляющиеся в сети видеоролики позволили мне увидеть, как припорошенные не то пудрой, не то пеплом манекенщицы бродят по залу без подиума, точно заблудившиеся лани.
Нет, ну должен же быть у нас в России хоть один по-настоящему странный дизайнер. Искренне странный, без нарочитости странный. Со своей странной философией – и вообще, должны же в нашей стране быть дизайнеры с философией! Раз уж мы пытаемся вычленить ДНК русского стиля (ну, это на будущее) из особой интеллектуальной одарённости русских (а это, видимо, из прошлого).
Глядя на работы Кирилла Гасилина, я думаю: если у платья есть душа, то её можно рассчитать математически. Пусть это прозвучит не слишком романтично, но душа платья обитает внутри тех самых нескольких миллиметров, что составляют прибавку на свободу облегания, образуя пространство между телом и материей. Стиль, форма, силуэт, цвет, ткань, детали, отделка, вся многосложная композиция изделия балансирует на этой тоненькой – всего в несколько миллиметров! – грани.
Можно ошибиться в вычислениях, прибавив чуть больше или чуть меньше, и всё: композиция лишь едва заметно качнётся, а душа платья улетит, её не будет. Заметит ли потерю неискушённый потребитель – я не знаю. Я полагаю, что дизайнеры, способные создавать настоящее, не думают о неискушённых.
Линор Горалик в своём блоге Fashion-that замечательно подмечает все тонкости коллекции Юлии Николаевой, но кое-что всё-таки упускает, а именно – заметную линию ироничного самоповторения и самоцитирования (то, без чего не обходится нынешний сезон).
Отсылкой к прошлогодней (весна-лето 2008) коллекции стали круглые солнцезащитные очки, преувеличенный размер которых говорил о том, что Николаева не только подошла к этой самоцитате сознательно, но и попросила обратить на неё внимание. Я обратила.